2.1. Общая оценка нарушений

В течение в 2006 году в Украине произошли массовые нарушения права на мирные собрания со стороны местных органов государственной
исполнительной власти, органов местного самоуправления, органов внутренних дел и судов первой инстанции.

Ряд пикетов, митингов и демонстраций (в большинстве случаев – мероприятия оппозиции) были безосновательно запрещены в судебном
порядке. Некоторые митинги и палаточные городки были разогнаны без всякого решения суда. Для разгона митингов и походов милиция применяла силу, в результате чего участники митингов получили физические травмы.

В нескольких случаях участники мирных собраний были атакованы людьми, которые не имели отношения к милиции (работники коммунальных
служб, частных охранительных структур, политические оппоненты). В большинстве таких случаев стражи порядка оставались бездеятельными.

Ряд организаторов и участников мирных мероприятий испытали административные преследования.

В течение в 2006-м году в Украине произошло 170,7 тыс. массовых мероприятий при участии 85,3 млн. лиц, для сравнения – в
течение 2005-го в Украине произошло 124,4 тыс. массовых мероприятий при участии 63 млн. граждан (по данным Департамента общественной безопасности Министерства внутренних дел). По тем же данным, за последние десять лет
в Украине количество массовых акций увеличилось в 16 раз. Милиция определила, что 109 мероприятий (при участии 54 тыс. лиц)
произошли с “нарушением порядка проведения массовых мероприятий”, за этими фактами было возбуждено 28 криминальных дел (ст.
296 Криминального кодекса – “групповое хулиганство”), 158 участников собраний было привлеченный к административной ответственности
(ст. 185, 185-1 КпАП).

Если учесть, что в течение в 2005-м году до административной ответственности было притянутый лишь 40 организаторов и активных
участников мероприятий, то можно утверждать что 2006-го сравнительно с предыдущим годом больше граждан Украины пользовались своим правом на мирные собрания (на 35%),
но было больше конфликтов в связи с реализацией этого права.

Наиболее массовые собрания – разнообразные празднования, организованные органами власти, относительно каких нарушений не
зафиксировано. Больше всего нарушений касалось собраний, организованных оппозиционными к действующей администрации силами
(Прогрессивная социалистическая партия (ПСПУ), “Братство”, “Прорыв” и др.). В то же время сравнительно с 2005-м годом увеличилось количество нарушений относительно
собраний не политического, а социального характера.

В отличие от в 2005 году, в 2006-м сузилась география нарушений свободы собраний. Во многих регионах нарушения не зафиксированы
вообще, однако увеличилось количество нарушений в городах Киеве (где происходило большинство массовых мероприятий), Харькове
(где в 2005 году нарушений не зафиксировано), Севастополе и Автономной Республике Крым.

2.2. Особенности нарушений прав участников мирных собраний с требованиями политического характера

в 2006-м году, как и предыдущего, самыми массовыми собраниями были разнообразные празднования, организованные органами власти,
спортивные, концертные и подобные мероприятия. Все они происходили без нарушений свободы собраний за исключением празднования Дня Независимости 24 августа
когда киевская милиция заблокировала представителей Блока Юлии Тимошенко возле метро “Золотые ворота” и Общественного совета
Украины на Площади Независимости в то время, когда те хотели пройти к Софиевской площади, где, собственно происходили праздничные мероприятия во главе с лидерами государства, и продемонстрировать президенту Ющенко лозунги с осуждением
его решения о назначении лидера Партии Регионов Виктора Януковича премьер-министром.

Другую категорию массовых мероприятий представляли собой политические собрания – те, которые проводились политическими организациями
или под политическими лозунгами. Самыми массовыми из них были митинг Меджлиса крымскотатарского народа посвящен годовщине депортации татар из Крыма (Симферополь, 18 мая), протесты против мероприятия к порту города Феодосия военного
судна НАТО (Крым, июнь) протесты против назначения Виктора Януковича премьер-министром Украины та контракция поклонников Януковича (Киев, июль-август),
демонстрация поклонников признания Украинской повстанческой армии (УПА) воюющей стороной во Второй мировой войне и контр-демонстрація их противников (Киев, 15 октября).

В нескольких случаях такие собрания были по предоставлению органов местной власти запрещенные судом, как, например, демонстрация
крымских татар и контр-демонстрація славян возле Партениту (Крым, 11 мая) демонстрация поклонников и контр-демонстрація противников УПА (Киев, 14 октября), демонстрация левых и контр-демонстрація
правых сил, посвященные годовщины Октябрьской революции в 1917-м году (Киев, 6 ноября). Следует отметить что все эти запрещения касаются как демонстраций, так и контр-демонстрацій (подробнее об этом смотрите в разделе 2.4. “Судебных
ограничения права на свободу мирных собраний”).

Во время собраний оппозиционных организаций имели место безосновательные задержания.

Так, 21 января, после митинга, организованного в Севастополе Народным фронтом “Севастополь-Крим-Россия”, один из членов фронта
руководитель крымской молодежной организации “Прорыл” Алексей Добичин и другой руководитель “Прорыва” Александр Дубровский
был задержан представителями спецотрядов милиции и отвезен ими к городу Симферополь – к Главному управлению МВД в Крыму.
После несколькочасового допроса, который, в частности, касался деталей проведенного “Прорывом” митинга в городе Перекоп,
задержанных отпустили. Задержанным не предоставили возможности сообщить родителей и друзей о месте их пребывания. Обвинений Добичину и Дубровскому предъявлено не было, поэтому активисты “Прорыва” расценили задержание как акт запугивания.

В течение длительных акций в Феодосии было задержанный, по информации Департамента общественной безопасности МВД Украины,
в целом 24 лица. По неофициальной информации представителей милиции, которой владеет Институт “Республика” феодосійські стражи порядка в целом сочувствовали участникам протестов и начали задерживать участников акции лишь после настойчивых
требований руководства МВД Украины и Секретариата Президента. Именно этим, очевидно, объясняется тот факт что среди упомянутых 24 лиц 16 были задержаны за нарушения правил дорожного движения (участники мотопробега на поддержку
протестов) и 4 гражданина Российской Федерации, задержанные за то, что (как свидетельствует милицейский протокол) “находились на территории Украины., активно участвовали в митинге и выкрикивали антиукраинские, антигосударственные лозунги”.
О беспочвенности задержания этих последних свидетельствует то, что местный суд Феодосии не нашел причин для их наказания
поскольку ни пребывание российских граждан на территории Украины (между Украиной и Россией существует безвизовый режим),
ни их участие в митинге (в том числе, активная), ни провозглашение лозунгов (лозунги против Президента или против вступления Украины к НАТО не есть запрещенные в Украине) не является ни одним правонарушением.
По информации оппозиции, руководителя феодосійської милиции в июне в 2006-м году было освобожденный фактически за то что он отказался выполнять указание руководства МВД о разгоне протестных пикетов без решения суда.

Впрочем, следует отметить, что сами участники феодосійських протестов, применяя силу, помешали членам партии “Пора” провести
контрмеру, и те под охраной милиции вернулись к автобусу, которым прибыли в Крым из Киева.

Безосновательно были задержаны и участники упомянутых выше собраний 21 марта в Киеве и 21 октября в Кончи-Заспи.

По данным милиции, 56 лиц было задержанный во время событий 15 октября в Киеве. Они стали наиболее резонансными в плане нарушений
свободы собраний в Украине в 2006-м году. Перед тем, 14 октября Шевченковский райсуд Киева запретил трем политическим силам проводить любые акции в центре столицы: Всеукраинскому объединению
“Свобода” (поклонники УПА), КПУ (противники УПА) и Чернобыльской партии (не имеет ни одного отношения к УПА эта партия наметила провести запад с неполитичными, социальными требованиями). Основанием для такого решения суда о запрещении
демонстраций был лишь факт проведения контр-демонстрацій, что не отвечает не только Конституции Украины но и практике Европейского суда по праву человека.

Вечером в тот же день милиция в присутствии тогдашнего Министра внутренних дел Юрия Луценко без решения суда (поскольку решение
от 14 октября касалось лишь собраний, которые планировались 15 октября) снесла палаточный городок поклонников УПА которые предварительно разместились на центральной площади
Киева.

Утром же 15 октября милиция посредством специальных брустверов перекрыла всю центральную часть Киева: Крещатик, Площадь Независимости
и прилегающие улицы – по словам чиновников МВД, на выполнение решения суда. Киев напоминал город в осаде. Граждане которые не имели ни одного отношения к акциям на поддержку или против УПА, не могли добраться к метро, Головпоштамту, остановки
троллейбусу или других объектов. Таким образом, было ограниченно их свободу передвижения. Провести свои мероприятия на Крещатике и Площади не смогли не только ВО “Свобода” и КПУ, но и Блок Наталии Витренко и ряд
правых организаций, которым суд не запретил собираться на Площади. Все они митинговали вдоль милицейского ограждения.

Невзирая на милицейские мероприятия “безопасности”, которые быстрее провоцировали столкновение, столкновений избежать не
удалось. По данным участников мероприятий разных политических сил, задержанных было больше, чем 56. Некоторые из участников
акций, например, Олег Бурячок, член УНСО получили тяжелые повреждения. На следующий день, после вмешательства правозащитных организаций, задержанных было
освобожденный.

Тогдашний Министр МВД Ю.Луценко, комментируя такие беспрецедентные в новейшей истории Украины средства препятствия митингам,
заявил, что после таких мероприятий, которые применила милиция 15 октября разные политические силы будут собираться в разных местах и таким образом избегут столкновений.

По мнению же Института “Республика”, подобные мероприятия милиции могут привести к тому, что в случае запланированных разными
силами контр-демонстрацій центр столицы всегда будет заблокирован для передвижения граждан и, даже до того что в центре Киева вообще не смогут проходить никаких митингов или демонстраций.[7]

Впрочем, после того, как 1 декабря в 2006-м году изменилось руководство МВД Украины, милиция никоим образом не препятствовала
проведению контр-демонстрацій, даже в том случае, когда существовало судебное запрещение. В самые острые моменты милиция выстраивала цепь между контр-демонстраціями. Столкновений пока еще удалось избежать.

2.3. Особенности нарушений прав участников мирных собраний с требованиями социального характера

Еще одна категория собраний – собрание с требованиями социального характера. Организаторами таких собраний является, как
правило, общественные неполитичные организации. В отличие от в 2005-м году, когда больше всего таких требований касались
прекращения незаконной по мнению их участников, застройки городов, 2006-го лозунга и требования социальных акций имели самый разнообразный характер.
Примеры подобных собраний – упомянуты выше пикет возле дачи Президента в Кончи-Заспи и Марш Свободы.

В целом в течение в 2006-м году нарушений свободы собраний относительно акций социального характера стало больше сравнительно
с 2005-м. Это объясняется тем, что требования таких акций стали в большей степени задевать интересы руководителей государства
и местной власти.

Марш Свободы – международная акция, целью которой является привлечь внимание общественности к проблеме дискриминации людей,
которые употребляют наркотики, и декриминализации употребления легких наркотиков. Учитывая раздражающую темы мероприятия,
запланированного на 6 май его организатор, общественная организация “Объективная реальность”, сообщила Киевскую городскую государственную администрацию
(КМДА) предварительно – 13 апреля – именно для того, чтобы согласовать с КМДА и киевской милицией все вопросы которые могут возникать во время его проведения. Во время трехсторонних переговоров (КМДА, милиция, организаторы), последние
согласились с предложениями относительно изменения времени проведения и маршрута Марша. Однако 4 мая тогдашний руководитель киевской милиции Виталий Ярема обратился к КМДА с просьбой подать иск в суд с требованием
запретить Марш, поскольку, одновременно свои акции собираются проводить другие организации, и по его мнению “существует реальная угроза возникновения беспорядков или преступлений, угрозы здоровью населения, правам и свободам других
людей”. К тому времени сообщила о своем намерении провести запад с лозунгами против легализации наркотиков религиозная организация
“Посольство Божье” к которой имеет причастность киевский мэр Леонид Черновецький.

Уже 5-го мая, в преддверие мероприятия, очевидно, для того, чтобы не дать возможности организаторам Марша обжаловать решение
суда, такой иск было подано. А утром 6-го мая, в день проведения мероприятия, Шевченковский районный суд рассмотрев исковое заявление КМДА, отклонил просьбу о запрещении Марша Свободы, ограничив лишь право организаторов Марша
– Тараса Ратушного и Анастасии Безверхой – использовать звукопідсилюючу аппаратуру и двигаться проезжей частью улиц. Такое решение украинского суда в целом отвечает практике Европейского суда по праву человека, который не считает факт проведения
контр-демонстрації причиной запрещения самой демонстрации (решение Платформа “Врачи при жизни ” против Австрии).

Однако киевская милиция не смогла предотвратить нарушением общественного порядка в начале акции, когда контр-демонстранти
– представители крайне-правых националистических организаций (УНА-УНСО, Украинская консервативная партия Украинская націонал-трудова партия, которые сообщили о своем мероприятии лишь утром 6-го мая) – набросились на участников
Марша. Дальше милиция помешала проведению Марша Свободы, окружив около 100 его участников, которые не выявляли ни одной агрессии
кольцом своих сотрудников. В то же время контр-демонстранти беспрепятственно двигались Михайловской площадью и даже закидували
демонстрантов, которые теперь стали удобной мишенью, дымовыми шашками. Милиция не пропускала участников Марша (около 50 лиц)
которые остались вне окруженного круга, к их коллегам. И так же милиция не предоставила возможности провести Марш даже
тогда, когда оппоненты Марша оставили Михайловскую площадь и угроза столкновений исчезла.

В целом, наблюдатели отмечают определенную координованість действий милиции и контр-демонстрантів в тот день. Тогда же
тогдашний Министр внутренних дел Украины Луценко заявил, что если бы он не был министром, то присоединился бы к оппонентам
Марша.

Заместитель начальника киевской милиции полковник Виталий Ошовский на вопрос представителя Института “Республика” о том,
почему вопреки решению суда милиция помешала проведению мирного собрания, заявил, что он единолично принял решение о том
что “Марша не будет”.

Дело о препятствии представителями власти мирному собранию приобрело широкий резонанс и ряд правозащитных, общественных организаций
и общественных деятелей выступил с заявлением, где, в частности, отмечено что подобные действия и заявления представителей милиции могут свидетельствовать об установлении в Украине полицейского
государства[8].

2.4. Судебные ограничения права на свободу мирных собраний

Во всех случаях, которые были проанализированы Институтом “Республика”, решение украинских судов об ограничении права на
мирные собрания, принятые 2006 году, были безосновательными или –рунтувалися на неконституционных основаниях. В частности,
они –рунтувалися:

1. На решениях органов местного самоуправления, которые противоречат Конституции Украины (смотрите выше).

2. Абсолютное большинство решений о запрещении демонстраций в 2006-м году –рунтувалася лишь на факте проведения контр-демонстрацій.
А это, по мнению как истцов – представителей местной власти, так и суда, несет “угрозу возникновения беспорядков или преступлений
угрозы здоровью населения, правам и свободам других людей”. Соответственно проведенному Институтом “Республика” мониторинга
мы должны заявить, что все судебные решения, принятые таким образом, не имели тех оснований, на которые ссылались судьи в
своих решениях. Кроме того, такие решения противоречат как Конституции Украины, так и практике Европейского суда по праву человека.

Единственным исключением из этой негативной практики стало упомянуто решение Шевченковского райсуда Киева от 6-го мая в 2006-м
году, где не только было отклоненный просьба власти запретить демонстрацию на основании контр-демонстрації, но и учтено,
наверно впервые в Украине, положение Закона Украины “О применении в Украине Конвенции о защите прав человека и основных свобод
и решений Европейского суда по праву человека”, где указано, что такие решения “являются источником права” в Украине (ст.17).

Конечно, каждая демонстрация, марш или другое мероприятие, которое сопровождается контр-демонстрацією, может привести к столкновениям
и вызывает массу проблем правоохранительным органам. Однако Европейский суд по праву человека подтвердил что под данной статьей 11 Конвенции о защите прав человека и основополагающих свобод, которая гарантирует свободу собраний,
понимаются позитивные обязательства государства защищать тех, кто реализует свое право на мирные собрания от насилия противников,
в частности от контр-демонстрації (дело организация „Платформа „Врачи при жизни против” Австрии, 1985, п. 65-72). Поскольку обе стороны
осуществляют тождественное право, что обеспечивается статьей 11 Европейской Конвенции то когда одна из сторон имеет целью разрушить активность другой, то власть прежде всего должна обеспечить право тех, кто
осуществляет свое собрание мирно. Европейский суд в этом решении отметил:

„Любая демонстрация может раздражать или обижать тех, кто выступает против идей или требований, на поддержку которых она
проводится. Однако у ее участников, тем не менее должна быть возможность проводить ее без опасения применения относительно них физической силы со стороны противников: такие
опасения помешали бы выражать свои мысли относительно общественно-важных вопросов. В демократическом обществе право на проведение контр-демонстрації не может предопределять ограничения права на демонстрацию.
Исходя из этого, обеспечение истинной эффективной свободы проведения мирных собраний не может заключаться лишь в содержании власти от вмешательства: чисто негативная
концепция роли государства противоречит предмету и цели статьи 11”.

Учитывая это широко распространенная практика запрещения мирных собраний лишь на основании того, что на одном и том самом
месте будут проводиться мирные собрания двух противоположных сторон, не может быть основанием для ограничения права на мирные
собрания. Такую практику можно считать такой, что противоречит европейским стандартам.

Во многих случаях суд пренебрег презумпцией невиноватости: решением судов ограничены права граждан – то есть наказано – не
за реальные нарушения, а за “вероятность” (по мнению истцов и суда) нарушений, иначе говоря, за нарушение какие граждане не осуществили. Именно на этих основаниях –рунтувалися все подобные решения о запрещении собраний.

Если в 2005 году мы отмечали позитивные тенденции, которые появились в отношении судов к свободе собраний, когда суды, даже
те, которые раньше безосновательно ограничивали свободу собраний, начали выносить решение в соответствии с Конституцией (тот же Шевченковский райсуд Киева), то 2006-го мы должны констатировать обратную тенденцию. Например, если в октябре в 2005-м
году Шевченковский райсуд Киева не удовлетворил заявление КМДА, которое просило запретить митинги как поклонников так и противников признания УПА воюющей стороной во Второй мировой войне на том основании, что эти митинги должны были произойти
одновременно в одном и том же месте, то в аналогичной ситуации в октябре 2006-го тот же суд принял решение о запрещении обоих
митингов. Этот же суд принимал подобные решение о запрещении митингов в течение в 2006-м году неоднократно (например, 6-го ноября).

Решения об ограничении права на мирные собрания, как правило, принимается в преддверие проведения массовых собраний, что
не оставляет организаторам возможности обжаловать решения районных судов в апелляционном порядке к началу мероприятия, то
есть, фактически лишает их возможности обновить свое конституционное право на мирные собрания.

Однако, в 2006-м году в решениях украинских судов относительно свободы собраний оказалась и позитивная тенденция. Не зафиксировано
ни одно решение о запрещении “малых архитектурных форм”. Впрочем, как мы отмечали раньше, при отсутствии таких решений органы местной власти использовали административные внесудебные запрещения.